В зимнем сезоне продолжило зажигать аниме «Звездное дитя» — история мести в декорациях разных областей шоу-бизнеса. Сериал продержался уже три сезона, а следующий будет последним для хита Doga Kobo («Пойдем в караоке!», «Медуза не умеет плавать в ночи»). Как эволюционирует шоу, по выразительности ушедшее далеко вперед относительно манги Аки Акасаки, рассказывает Настя Зайцева.

Тернистый путь отпрысков Ай Хосино по закулисью шоу-бизнеса приближается к финальному акту. Продолжение «Звездного дитя» с порога смещает акценты: если раньше свет прожекторов был направлен на вендетту Аквамарина, то теперь блистает амбициозная и неожиданно искусная в манипуляциях Руби, ставшая отражением самых темных черт брата. Такой поворот вполне закономерен: привычный расклад серьезно перетасовал финал предыдущего сезона. Поверив, что предполагаемый убийца Ай уже мертв, Аква пытается оставить прошлое позади и впервые за долгое время, пусть и ненадолго, примерить на себя подобие нормальной жизни. Руби же, напротив, узнав, что за гибелью двух самых близких людей стоит один и тот же человек, выбирает путь мести.

Новые эпизоды предлагают сразу несколько сюжетных фронтов. С одной стороны — стремительный взлет айдол-группы B-Komachi, которая всё увереннее штурмует чарты, с другой — актерская карьера Аквы, не отстающего, к слову, по популярности от сестры. Не зря же он весь прошлый сезон оттачивал актерские навыки в театральной постановке. Где-то на фоне мелькают другие знакомые лица. Скажем, Аканэ в перерывах между съемками пробуется на роль «настоящего» детектива и с маниакальной настойчивостью пытается вычислить отца близнецов. Кана отчаянно цепляется за шанс вернуться в большое кино — и, разумеется, почти сразу оказывается в центре скандала. А как иначе? Если кто-то не понял: шоу-бизнес — территория грязной игры.

После относительно камерного второго сезона, чьи главные аттракционы разворачивались на театральных подмостках и во время мимолетных съемок клипа в Миядзаки, режиссер Даисукэ Хирамаки вслед за мангакой Акой Акасакой наконец вжимает педаль газа. Правда, с рядом оговорок — Oshi no Ko никогда не было сериалом, который несется сломя голову к финалу. Создатели тратят много времени, чтобы подсветить разные аспекты индустрии развлечений и дать экранное пространство большинству действующих лиц. Теперь нет сомнений, что они предпочитают развивать историю экстенсивно — добавляя новых персонажей и распаляя конфликты. Центральная тема мести, конечно, никуда не исчезает, но развивается по-прежнему неторопливо, словно аниме намеренно устраивает бесконечные репетиции финала между ключевыми сценами.

Без романтизации и попыток сгладить острые углы «Звездное дитя» продолжает вскрывать изнанку шоу-бизнеса, одновременно затрагивая новые проблемы и углубляя, казалось бы, исчерпанные темы. На этот раз в центре внимания оказывается производственная кухня: от подготовки телевизионных шоу до съемок кино. Авторы подробно затрагивают вопросы финансирования, согласования и копирайта — те детали, которые нередко становятся головной болью съемочной команды, но остаются вне поля зрения обыкновенных зрителей. Именно здесь сериалу удается найти способ избежать прямых самоповторов и даже освежить повествование. 

Если раньше критика индустрии звучала преимущественно из уст её аватаров — актеров, айдолов, инфлюенсеров, — то теперь проводниками становятся люди, обычно растворяющиеся в финальных титрах. Помощники, ассистенты, постановщики и менеджеры, которые — в представлении создателей — едва ли не главные жертвы беспощадной системы. Скажем, помреж на телешоу Сюн Ёсидзуми — практически образцовый пример человека, пытающегося строить карьеру в кино. Ответственный и исполнительный, он вынужден терпеть переработки и унижения от начальства ради призрачной перспективы однажды самому занять режиссерское кресло. Другой пример — Мияко Сайто, глава агентства Strawberry Productions и приемная мать близнецов. Её история, ставшая эмоциональным аккордом в финале сезона, показывает еще один сценарий: путь девушки с большими амбициями, которой так и не удалось добиться славы. Осознав отсутствие таланта, Мияко фактически отказывается от мечты и личной жизни, посвящая себя продвижению новых звезд.

Пафос рассуждений Oshi no Ko о пороках индустрии ощущался с первых минут, но со временем эта интонация начинает утомлять. Во многом потому, что устройство шоу-бизнеса в аниме объясняют довольно прямолинейно — буквально проговаривая тезисы в лоб. За 35 серий охвачены более-менее все сегменты: айдол-сцена, дорамы, реалити-шоу, театр, видеоблогинг и даже манга. Одновременно создатели затрагивают внушительный список сопутствующих проблем: от сетевых травли и сталкинга до хронических переработок, что особенно болезненно резонирует с современной японской реальностью.

Только подобных сюжетных ответвлений накапливается так много, что возникает закономерное сомнение: действительно ли авторы стремятся глубже исследовать эти вопросы, или же используют их как способ растянуть повествование и отсрочить финал? Особенно показателен эпизод с косплеем, связанный с по-настоящему непростой темой: сексуализацией женщин в индустрии развлечений. Однако сам конфликт довольно быстро уходит на второй план, превращаясь скорее в инструмент для развития характера Руби. Проблема существует в кадре ровно до тех пор, пока помогает акцентировать трансформацию героини, хотя её эволюция к этому моменту уже выглядит достаточно очевидной.

Создатели «Звездного дитя» всё активнее заигрывают с психологической драмой — в частности, с размыванием личности и той ценой, которую человек платит за успех. Сами по себе эти мотивы не новы как для сериала, так и для японской анимации в целом. Вспомнить хотя бы «Идеальную грусть» — культовый психологический триллер Сатоси Кона, который еще в 1990-х обозначил примерно те же проблемы. На фоне его более вдумчивой и смелой критики тем более заметно, что Акасаки и Хирамаки делают это осторожно, балансируя между драмой и комедией. Выглядит не очень последовательно, но именно хаотичная смена регистров во многом делает Oshi no Ko увлекательным, даже когда сюжет глобально почти не двигается.

При этом к финалу третьего сезона настроение истории заметно меняется — в сторону большей мрачности. Важную роль играют уже не столько производственные конфликты, сколько личные драмы, которых становится ощутимо больше. Помимо затянувшегося любовного треугольника Аквы, Каны и Аканэ, сериал неожиданно углубляется в прошлое Руби. Точнее — Сарины Тэндодзи, смертельно больной девочки, которой она была до перерождения. Любопытно и то, что именно здесь аниме будто бы вспоминает об изначальной природе исекая. В этом жанре, как известно, опыт прошлой жизни обычно играет ключевую роль в формировании личности и поступках героя после перерождения. Однако «Звездное дитя» на протяжении долгого времени почти игнорировало этот аспект. Лишь после арки с поездкой в Миядзаки тема прошлых жизней вновь оказывается на авансцене — причем с неожиданной настойчивостью.

Oshi no Ko наглядно демонстрирует проблему, с которой сегодня сталкиваются многие популярные тайтлы: эпизодов становится больше, а прежняя формула без серьезной нарративной встряски начинает терять эффективность. Взять хотя бы второй сезон «Фрирен», который, несмотря на всё еще высокое качество, уже не вызвал того же ажиотажа, что на старте. Остается верить, что сочетание впечатляющей анимации Doga Kobo с пускай не идеальным, но динамичным смешением жанров окажется рабочей формулой для заключительного акта. Как минимум в нем точно будет то, что мы так долго ждали: после долгих поисков себя «Звездное дитя» повзрослело и наконец готово к мести.

(Закулисье (не)реальности исследовала Настя Зайцева, которая в прошлый раз анализировала дворцовые интриги и политический сдвиг в продолжении «Монолога фармацевта».)