На Берлинском кинофестивале состоялась премьера дебютного фильма Ёситоси Синомии «И наступит рассвет» — художника-аниматора, который известен по сотрудничеству с Макото Синкаем. Медвежьих статуэток ему не досталось, но оригинальное аниме всегда заслуживает внимания — тем более с визуальным богатством, которое обеспечили студии Outrigger, которую поддерживали Asmik Ace («Агент паранойи») и Miyu Productions («Кот-призрак Андзу», «Крысеныш Дзирокити»). Что (не) получилось у амбициозного автора, рассказывает Даша Тарасова! Кстати, 18 июня ждем в российском прокате.

Кэйтаро — наследник древней семейной фабрики салютов, которая уже несколько лет пребывает в упадке. Когда-то она была эпицентром жизни городка — каждый год даже устраивался масштабный фестиваль фейерверков, — но теперь ему грозит снос: лес вокруг хотят срубить под шоссе. Отец Кэйтаро исчез, оставив после себя легенду о загадочном «Сюхари» — идеальном салюте, который не только демонстрирует всю мощь фамильного ремесла, но воплощает связь жизни и смерти. Запершись в опустевшей мастерской, юноша пытается воспроизвести мифический рецепт, но тщетно. Всё меняется, когда в город возвращается подруга детства Каору, которая вместе с братом героя Чичи начнет помогать в поисках утраченной формулы. Параллельно Кэйтаро предстоит разобраться, что делать с собственным будущим в мире, где прогресс закатывает традиции в бетон.

«И наступит рассвет» — полнометражный режиссерский дебют Ёситоси Синомии. Выпускник традиционной японской школы изящных искусства, он работал с живописью, скульптурой и видео-артом, а также трудился над фонами и визуальными решениями в проектах Макото Синкая — от «Сада изящных слов» до «Твоего имени». Такой бэкграунд во многом определяет характер его первого фильма. С одной стороны, Синомия мыслит прежде всего как живописец: цвет, свет, композиция для него первоочередны. С другой — если художник впервые берется одновременно за режиссуру и сценарий полного метра, зачастую как раз история и повествование оказываются самыми уязвимыми местами.

Когда «Рассвет» говорит изобразительным языком, фильм буквально взрывается красками — так, что захватывает дух. Мягкие пастельные фоны, цветовые акценты, подчеркивающие рельефность изображения, завораживающие небесные просторы, густая многослойная зелень образуют почти осязаемые пейзажи. С точки зрения техники Синомия тоже проявил воображение: в частности, несколько сцен выполнены в традиционной технике покадровой анимации с использованием мультиплановой камеры.

Фейерверки и без того благодатный для анимации феномен, а визуальный мир «Рассвета» они делают особенно эффектным: огненные цветы и спирали распускаются на фоне ночного неба, отражаются в воде и под водой, рассыпаются искрами над городком. В этом плане, конечно, особого упоминания заслуживает финальный салют, который для большего драматического эффекта разражается почти в абсолютной тишине.

Однако чем больше аниме пытается рассказывать историю словами, тем больше запутывает не только зрителя, но и себя. «Рассвет» строится на бесконечных диалогах, которые занимают едва ли не большую часть компактного хронометража в 75 минут. Персонажи обсуждают прошлое, тревоги и планы, готовя почву для флешбэков и напуская дыму вокруг семейной тайны «Сюхари», но это почти не двигает сюжет и не раскрывает героев. Да что там говорить: требуется довольно много времени, чтобы разобраться, кем вообще приходятся друг другу Кэйтаро, Каору и Чичи. Беседы персонажей состоят из набора пространных размышлений — иногда красивых, иногда философских, но редко необходимых. В результате повествование постоянно теряет ритм: фильм будто останавливается, чтобы еще раз что-то проговорить, но понятнее особенно не становится.

Из слабости персонажей вырастает и другая проблема — тематическая. Синомия явно хочет поговорить о важных вещах: ужасах индустриализации, разрушении локальных сообществ, экологии, бережном отношении к традициям. Сам конфликт вокруг старой фабрики, которую вот-вот снесут ради шоссе, задуман как метафора столкновения прошлого с будущим его беспощадным прогрессом. Чтобы всё это звучало убедительно, зрителям нужно поверить в героев, служащих проводниками режиссерских переживаний. Когда же действующие лица схематичны и недоработаны, история начинает казаться декларативной, а цельное высказывание не складывается.

В итоге «И наступит рассвет» напоминает красивый альбом с эскизами идей, где каждая могла бы лечь в основу сильного фильма — при более четкой драматургической форме. В этом смысле дебют Ёситоси Синомии кажется историей, которая бы лучше чувствовала себя на страницах манги: там живописный талант постановщика мог раскрыться без необходимости удерживать сложную драматургию. Пока же хочется пожелать режиссеру сильного соавтора в будущем — для более впечатляющего залпа.

(Новый текст Даши Тарасовой, не обязательно про повседневность, настигнет вас, когда вы будете больше всего в этом нуждаться, а пока можете прочитать её обзор венецианской «Скарлет» Мамору Хосоды или исследование слайса на страницах «Искусства кино».)